Смбат II приказал бросить обгорелое тело слабоумного на съедение собакам.
Столицей Армянского царства Багратидов (Анийское царство) с 961 года до его падения в 1045-м становится Ани. Его, ставшего знаменитым своей архитектурой, называли «городом 1001 церкви». Располагаясь на равнинной части Ширакской области, он с трех сторон был окружен неприступной крепостной стеной, а с внутренней, четвертой, стороны естественным ограждением служила река Ахурян. В период правления Смбата ІІ Багратуни (царствовал в 977-990 гг.) Ани укрепили новыми оборонительными сооружениями и башнями. Смбат II (Миродержец) приложил немало усилий для обеспечения безопасности и экономического расцвета государства.
Историк Стефан Таронский Асохик (Степанос Таронеци), указывая на решающую роль Смбата II в усилении могущества Анийского царства, упоминает и о его ужасном злодеянии: «Сжег невинного человека в Ани царь имел магазин, где в продолжение многих лет складывались сено и солома — его подожгли. В городе какой-то слабоумный во время заутрени молился в церкви с [прочим] народом. Вышел, чтобы принести жаровню с угольями для кадильниц. Находившиеся тут люди его спросили: «Что делаешь?» — «Иду, — ответил он, — подложить огонь под царские магазины». Эти слова передали царю, который приказал сперва выколоть тому глаза, потом обернуть соломой и тростником и предать огню; после чего его [вынесли] за город и бросили. [В это время] в городе находились несколько монахов-пустынников, которые, узнав о случившемся, пошли на жалостное зрелище и, пожелав предать земле тело христианина, погребли его по христианскому закону. Царь, узнав об этом, запылал гневом. Приказал ночью вырыть из могилы обгорелое тело христианина и бросить его собакам. С рассветом следующего дня, когда монахи, вышедшие за городские ворота, возвращались в обитель, увидали (тело несчастного, брошенное] на съедение собакам. Они не могли удержаться от слез и рыданий, произнесли тяжкие проклятия царю и в сильном раздражении сказали: «Пусть и его кости не найдут покоя в могиле!» Что и свершилось».
Асохик указал и на другое преступление Смбата II — грех кровосмешения. Когда царь, презрев закон церкви о допустимой степени родства супругов, женился на племяннице. «Он совершил злодейство ужаснее [первых двух], ибо взял в жены дочь сестры своей. Этими злодеяниями он прогневил Бога негневного, который в великом гневе своем поразил сначала ту женщину; царь оплакал ее торжественно; но потом и его самого постигла жгучая болезнь горячки, от которой и умер. Его похоронили там же [в Ани]».
Асохик убежден: греховными делами Смбат II вызвал на себя гнев Всевышнего. Проклятие монахов настигло царя и после смерти: «После того какая-то женщина в продолжение многих дней рассказывала в городе сон, что царь лежит в могиле, усыпленный лекарствами; что он жив и что даже явился ей. Молва эта до того взволновала город, что брат царя Гагик приказал человеку, вырывшему [из могилы] труп сожженного мертвеца, отправиться вырыть [могилу царя], осмотреть ее и рассказать городу и войску, что [царь, действительно] умер. Вот каким образом слова монахов были исполнены Господом; ибо он правосуден: всем [людям] воздает он некоторую часть воздаяния в здешнем мире, а полное воздаяние в будущей жизни».
Художник соединил в композиции два следующих друг за другом сюжета. Первый: по приказу царя обожженное тело безумца выкапывают из могилы и бросают на съедение собакам. И второй — монахи проклинают жестокого царя за его злодеяния. В левом углу картины изображена сцена извлечения тела убитого безумца из открытой могилы, голодные собаки в нетерпении готовы разорвать труп в клочья. На другой стороне картины духовные лица, обращаясь к Смбату II, открыто и громогласно высказывают возмущение поступком нечестивого царя.
Прочерчивается невольная параллель между безжизненно свисающими руками убитого безумца и вскинутыми вперед руками царя в противоположном фрагменте картины. Подобным композиционным решением художник стремился дать понять зрителям: как на виду у всех выволокли из могилы обожженное тело слабоумного, через некоторое время та же участь постигнет и покойного царя. «Ибо он правосуден».
Армянское Общество Шаумяновцев «Наше Возрождение»
