Гурген и Григор-Дереник
Когда в 851 г. было жестоко подавлено восстание против Арабского Халифата, в числе пленных оказались армянские ишханы-князья. В частности, угнали правителя Васпуракана, великого ишхана Ашота Арцруни. Халиф Джафар Аль-Мута Валик (правил в 847-861 гг.) в 858 г. освободил армянских ишханов, в том числе А. Арцруни вместе с его 10-летним сыном Григором-Дереником. О том, какую деятельность развернул после возвращения Григор-Дереник, уже не юнец, а государственный муж, повествовал историк Т. Аруруни: «Дереник могуществом Христа укрепился и стал прославленным и именитым по всей Армении, страна же наша успокоилась от постигавших ее смут. Начала страна обновляться, засветились церкви украшениями и торжественными службами, а разбежавшиеся [жители] все разом возвратились каждый восвояси, дабы строить, сажать и забыть боль и печали, кои они вынесли».
Подчинившись решению Халифата, прежний правитель Васпуракана ишхан Гурген Апулеч оставил свои владения и, скитаясь по свету, попал в плен к иноземным захватчикам. В тюрьме он подвергся тяжелым пыткам и, едва освободившись, вернулся в Васпуракан.
Опасаясь, что его предшественник захочет вернуть себе прежние вла-дения, юный Григор-Дереник, собравши войско, пошел войной на Гургена, однако затем отступил. Далее Т. Арцруни писал: «И снова, усилившись, он пошел против Гургена, но тут конь [Гургена], заржав, понес его неукротимо и сбросил, ибо Гурген, хотя и оправился несколько от болезни, мучительных тягот и страданий тюрьмы, все еще [страдал от] болей. На него набросились, схватили, отвезли в город Адамакерт и бросили в [окованную] железом тюрьму. Однако один из слуг Дереника, что был тюремщиком, освободил Гургена от оков и привел в опочивальню Дереника. Слуга задумал злодейство: убить Дереника и подчинить нашу страну власти Гургена, ибо то было подходящее время. Но Гурген предпочел любовь Христа кратковременной любви мирской, он не пожелал отомстить кровью за убийство своего отца дедом [Дереника]. Держа в руках обнаженный меч, саблю и тесак, он воскликнул полным слез голосом, говоря Деренику: «Сынок мой, Дереник! Привет тебе, привет тебе, привет тебе! Я ухожу в страну Греческую». А тот, охваченный ужасом, произнес: «Отец мой, пощади меня!» и больше не в силах был что-либо сказать».
Продолжая вести скитальческий образ жизни, лишенный крова Гурген не озлобился. Напротив, когда Дереника-Григора подстерегала опасность, он великодушно помог юному правителю Васпуракана. Свидетельство летописца Т. Арцруни проникнуто глубокой экспрессией. Хотя вооруженный отряд Гургена, подстрекая его к расправе над юным ишханом, был готов ввалиться в опочивальню Дереника-Григора вместе с Гургеном и прикончить его, Гурген не позволил им войти и наказал дожидаться его недалеко от крепости.
Очнувшись ото сна, потрясенный нежданным ночным визитом Григор-Дереник в ужасе простер руки и умоляет о милости и прощении. В постели он безоружен, все его военное обмундирование — меч, шлем и другие дос-пехи, далеко — они изображены в правом углу картины. В знак того, что Гурген и не помышляет об убийстве, он отбросил прочь секиру и изогнутый меч, они валяются на полу. Гурген не похож на мстителя, который пылает гневом и готов проткнуть противника мечом, напротив, это глубоко трагический образ. В смятении от обуревавших его чувств, с которыми трудно совладать, Гурген закрыл лицо руками. Уже через мгновение он обратится к юноше со словами: «Сынок мой, Дереник!»…
Армянское Общество Шаумяновцев «Наше Возрождение»
